Телефон: +7 (499) 995-12-58
Домой Почта Карта сайта

Останется ли Кипр привлекательным?

В конце апреля этого года многие российские средства массовой информации уже успели уведомить своих читателей, активно интересующихся темой международного налогового планирования, о том, что Кипр закрывается… опять.

Напомним, если верить СМИ, то Кипр окончательно закрывается, как минимум, третий раз.

Первое «закрытие» Кипра.

Первый раз Кипр «закрыли» еще в 2002 году во время обсуждения проекта налоговой реформы. В то время влиятельный российский журнал «ЭКСПЕРТ» напечатал следующий забавный стишок:

Наш бизнес, брат, под вечным сглазом
Накрылся Кипр медным тазом.
Офшор капут, прощайте льготы!
За что вы так — нас, киприоты?


В той же статье, в частности, упоминалось, что для выполнения условий по вступлению в Европейский союз Кипру придется фактически отменить режим конфиденциальности для владельцев местных компаний, а спрос на кипрские оффшоры стремительно падает.

Однако 2004 год стал рекордным на Кипре по количеству вновь зарегистрированных компаний.

Второе «закрытие» Кипра.

Второй раз Кипр «закрыли», когда глава ФКЦБ России Игорь Костиков, выступая в Женеве на конференции «Международное налоговое планирование для банков, страховых и финансовых компаний РФ», сделал заявление, повергшее ее участников в шок. Г-н Костиков тогда заявил, что Центральный банк Кипра предоставляет ФКЦБ всю информацию о бенефициарных владельцах компаний, зарегистрированных на острове, что здорово напугало российских владельцев кипрских компаний.

Правда практически на следующий же день Центральный банк Кипра выпустил отдельный пресс-релиз , в котором особо отметил, что подписанный 21 марта 2002 г. между Центральным банком Кипра и ФКЦБ России «Меморандум о взаимопонимании» никаких положений о возможности получения российскими компетентными органами конфиденциальной информации о кипрских компаниях не содержит, а также потребовал объяснений от главы ФКЦБ России. Г-н Костиков, впоследствии, от своих слов отказался.

И при этом некоторые российские специалисты по международному налоговому планированию с помощью жаждущих сенсации СМИ продолжали утверждать – «ясно одно: офшорный бизнес на Кипре мертв» .

В конечном итоге, как выяснилось позже, количество регистрируемых на Кипре компаний продолжило стремительно расти, а регулирующие органы острова никаких принципиальных изменений в порядок раскрытия конфиденциальной информации не вносили.

Третье «закрытие» Кипра.

С момента публикации первых «пророчеств» в отношении Кипра прошло уже более 7 лет. Кипр успел стать членом Европейского союза, перейти на единую европейскую валюту, но популярность данной юрисдикции у российских владельцев бизнеса не угасала. При этом, кроме всего прочего, прозвучало немало заявлений (вспомнить, хотя бы, «Замучаетесь пыль глотать!») и произошло достаточное количество резонансных событий, которые тем или иным образом должны были прекратить практику вывода капитала за рубеж. Однако никто не «замучался».

И вот – новая волна. И снова российские СМИ пестрят яркими заголовками «Остров без сокровищ – кипрский офшор подходит к концу». Именно так газета «Коммерсант» решила прокомментировать состоявшееся 16 апреля 2009 г. подписание министром финансов Кипра Харилаосом Ставракисом и директором департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Минфина России Ильей Труниным протокола о внесении изменений в действующее Соглашение «Об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал» от 5 декабря 1998 г.

Очевидно, что каждая из сторон при подписании протокола преследовала свои цели: для российского Минфина это была попытка хоть как-то отчитаться о результатах многолетней кропотливой работы по искоренению на Кипре налоговых «уклонистов»; Кипр же после вступления протокола в силу сможет рассчитывать на исключение из утвержденного российским Минфином «черного» списка оффшоров, хотя здесь следует упомянуть, что нахождение в таком списке для Кипра имело скорее репутационные издержки, нежели реальные последствия.

Действительно ли данная новость должна обращать на себя такое пристальное внимание? Юридическая фирма «КЛИФФ» решила подойти к прочтению документа не с позиции увеличения тиражей и попытки раздуть скандал на пустом месте, а в контексте глубокого понимания процессов, происходящих между участвующими в Соглашении странами.

Мнение киприотов.

В первую очередь нас, конечно, интересовало мнение кипрских юристов. Как и следовало ожидать, их позиция не претерпела существенных изменений с 2002 года, т.е. с момента проведения на Кипре налоговой реформы – Кипр продолжает оставаться наиболее привлекательным финансовым центом для инвестиций в Россию.

Однако нашей рекомендаций было бы не полагаться безоговорочно на мнение киприотов, потому что их позиция в любой ситуации легко прогнозируема, поскольку отражает прямой интерес в продолжении развития своего бизнеса.

Между тем, в отношении последнего подписанного протокола, главное, на что указывают киприоты – изменения в положения Соглашения о взаимном обмене информацией являются лишь следствием внесенных 9 месяцев назад изменений в законодательство Кипра о налогообложении прибыли, и никоим образом не могу затрагивать сведений о бенефициарных владельцах кипрских компаний.

Наша позиция.

Внимательно прочитав текст подписанного протокола, проконсультировавшись с нашими кипрскими партнерами, изучив многочисленные, доступные на сегодняшний день, комментарии и принимая во внимание практику появления аналогичных сообщений в предыдущие годы, мы приходим к выводу, что ничего принципиального в отношении кипрских компаний в ближайшее время не произойдет.

Да и что, собственно говоря, можно считать ближайшим временем – для вступления протокола в силу требуется его ратификация, т.е. принятие Государственной думой России отдельного закона. Более того, ходят пока еще не имеющие документального подтверждения слухи, что киприоты при подписании протокола поставили условие, согласно которому ратификация протокола с их стороны будет осуществлена не раньше, чем Россия внесет аналогичные положения в соглашения (договоры) об избежании двойного налогообложения с другими странами. Следует напомнить, что на сегодняшний день такие соглашения Россия заключила с 66 странами.

Кроме того, ключевое положение, которое было закреплено в подписанном протоколе, о налогообложении сделок с акциями российских компаний, более 50% стоимости активов которых составляет недвижимое имущество, вступит в силу по истечении 4 лет с момента вступления протокола в силу.

В любом случае мы не видим поводов для паники. Тем не менее, очередные изменения возможны и на них необходимо реагировать, поэтому при необходимости мы предлагаем получить предметную консультацию о дальнейших перспективах использования кипрских компаний в международном налоговом планировании у квалифицированных специалистов. За долгое время многие стали считать Кипр «классическим» оффшором, забывая, что страна является членом Европейского союза, и поэтому походить к налогообложению компаний из данной юрисдикции нужно тщательно и обдуманно. Юрисдикция имеет множество нюансов по внутреннему и внешнему налогообложению, поэтому подход к использованию кипрских компаний для целей международного налогового планирования был и остается более осторожным, а проработка вопроса – более глубокой, поскольку ряд изменений в Соглашении все же предполагает иметь место. Краткий анализ некоторых ключевых изменений приведен далее.

Краткий анализ некоторых изменений.

1. Дивиденды (ст. 10 Соглашения).

Принимая во внимание текущее соотношение пары Евро/доллар, повышается предусмотренный Соглашением размер вложений, позволяющих получать дивиденды при применений ставки равной 5% по налогу, удерживаемого в России у источника выплаты – с эквивалента 100 000 долларов США до эквивалента 100 000 Евро.
Также вносимые в текст Соглашения изменения включают в режим налогообложения дивидендов выплаты по депозитарным распискам и выплаты по паям фондов совместного инвестирования или аналогичных форм коллективного инвестирования.

2. Доходы от отчуждения имущества (ст. 13 Соглашения).

Как уже говорилось выше, статья 13 Соглашения дополнена положением о налогообложении доходов от отчуждения акций предприятий, более 50% стоимости активов которых составляет недвижимое имущество. Данное положение на практике дает возможность взимания налога в России при отчуждении таких акций.

При этом выше уже упоминалось, что вступление в силу данного конкретного положения – это далекая перспектива, и даже при принятии этих изменений существуют другие очевидные способы избежать негативных налоговых последствий.

Также протоколом на доходы от фондов взаимного участия, инвестирующим исключительно в недвижимое имущество (закрытые ПИФы недвижимости), распространяются положения ст. 6 Соглашения «Доходы от недвижимого имущества» и также предоставляется возможность налогообложения таких доходов в России.
Специально оговорено, что доходы от отчуждения акций, котирующихся на признанных фондовых биржах, не подпадают под действие ст. 13 Соглашения, а следовательно – их налогообложение по сравнению с текущей ситуацией не изменится.

3. Обмен информацией (ст. 26 Соглашения).

Статья, которая, как ее преподнесли российские СМИ, должна оказаться наиболее болезненной для российских владельцев кипрских компаний, фактически принимается в новой редакции. Предложенная редакция статьи расширяет возможности для получения не только налоговой, но и иной информации, которая «может считаться существенной для применения положений настоящего Соглашения или для администрирования и применения внутреннего законодательства». Под такой иной информацией, по всей вероятности, российскому Минфину хотелось бы понимать информацию о реальных бенефициарах кипрских компаний.

Здесь следует в очередной раз напомнить, что в официальных публичных реестрах Кипра содержится лишь информация об акционерах и директорах компании, но никак не о ее бенефициарах (выгодоприобретателях). Остается непонятным, каким образом кипрский Минфин намерен получать информацию в источниках, к которым нет прямого доступа (у номинальных директоров, регистрационных агентов и пр.). Действительно, в поправленном варианте статьи 26 Соглашения существует оговорка о том, что отсутствие внутреннего интереса у государства к такой информации не является основанием отказа в ее предоставлении в рамках обмена информацией по Соглашению, и подразумевает необходимость принятия имеющихся в распоряжении мер по получению запрошенной информации.

Между тем, по сути, изменения в ст. 26 Соглашения вызваны лишь необходимостью привести ее в соответствие с обновленной конвенцией ОЭСР, а также отразить некоторые имевшие место изменения в кипрском законодательстве. Данные изменения никакого отношения к раскрытию информации о бенефициарных владельцах кипрских компаний не имеют, поскольку продолжает действовать прежнее законодательство Кипра о банковской тайне, а в механизме получения конфиденциальной информации в отношении кипрской компании никаких принципиальных изменений не произошло, а данная процедура все еще сопряжена со значительными трудностями и требует, как минимум, санкции кипрского Генерального прокурора.

4. Ограничение преимуществ (ст. 29 Соглашения).

Протоколом в Соглашение вводится совершенно новая ст. 29 «Ограничение преимуществ», устанавливающая, что пользование льготами по Соглашению может быть отменено в результате консультаций компетентных органов, если в рамках таких консультаций будет установлено, что основной целью функционирования компании являлось получение преимущества по Соглашению, и данное преимущество не было доступно иначе.

Однако сфера применения данной статьи ограничена компаниями, не инкорпорированными на Кипре. Таким образом, во взаимоотношениях Россия-Кипр, данная статья ничего не меняет.

Вместо заключения.

До тех пор, пока протокол не ратифицирован, Кипр продолжает оставаться лидером с точки зрения привлекательного баланса между наличием налоговых преимуществ как в силу действия Соглашения, так и в силу действия налоговых льгот на самом Кипре. Для нас очевидно, что аналогичная ситуация сохранится и после вступления протокола в силу.

Каждая из сторон после ратификации протокола, очевидно, достигает поставленных перед собой целей – Кипр должны исключить из российского «черного» списка оффшоров в обмен на мало что значащие обещания. Российский же Минфин со спокойной душой сможет отрапортовать об очередных «достижениях».

При этом не следует забывать, что перечень юрисдикций, с которыми у России заключены аналогичные соглашения, достаточно широк, и льготы по налогу, удерживаемому у источника выплаты доходов в России такими соглашениями предоставляются аналогичные тем, что предусмотрены Соглашением с Кипром. Поэтому, если привлекательность Кипра и будет поставлена под сомнение, в качестве рационального решения современным участникам международного бизнеса можно будет посоветовать чаще прибегать к помощи профессиональных консультантов, с тем, чтобы в каждой конкретной ситуации найти индивидуальное решение с учетом имеющегося перечня возможностей оптимизации в иностранных юрисдикциях.

Специалисты Юридической фирмы «КЛИФФ» с удовольствием ответят на Ваши вопросы!

Юрист Департамента международного налогового планирования
Юридической фирмы «КЛИФФ»
Кузьминов Андрей

Все статьи раздела  |  Все статьи